Как взыскать убытки с судебных приставов?

Принято думать, что судебные решения не исполняются из-за того, что должники скрывают имущество и скрываются сами. Мой опыт говорит, что это не так. В большинстве случаев решения судов не исполняются из-за плохой работы судебных приставов-исполнителей. Каждый кто сталкивался с их волокитой и бездействием задавался вопросом: как на них можно эффективно повлиять, что бы они быстрее делали то, к чему обязаны Законом «Об исполнительном производстве», либо, если рычаги влияния уже исчерпаны, — можно ли их как-то наказать за их плохую работу?

Ранее я уже рассказывала о том, как мне удалось взыскать в пользу моей доверительницы компенсацию морального вреда с приставов которые почти пять лет не исполняли вынесенное в её пользу решение суда. Но в жизни бывают случаи, когда даже моральный вред вопроса не решает (например, когда возможность исполнения полностью утрачена из-за бездействия приставов) и требуются более радикальные меры, которые по сути заменяли бы собой само исполнение. Такой мерой является взыскание с приставов полного объёма убытков, причинённых неисполнением решения суда.

Ближайшим правовым основанием для их взыскания является статья 16 ГК РФ, согласно которой убытки, причинённые гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием. Сама по себе эта норма достаточно проста и понятна, а вот её использование на практики таит в себе немало трудностей. Я расскажу историю о том, как нам с моей доверительницей удалось их преодолеть и добиться реального взыскания убытков с судебных приставов.

Началось всё с того, что моя доверительница выиграла в Ленинском районном суде Краснодара дело по её иску к компании-застройщику, у которого она купила квартиру в Геленджике. С застройщика суд взыскал основной долг 324 797 руб., неустойку в размере 50 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 рублей, итого в общей сумме 404 797 руб. Также суд обязал застройщика устранить недостатки в квартире.

Моя доверительница получила исполнительный лист и отнесла его в Геленджикский отдел УФССП по Краснодарскому краю. Было возбуждено исполнительное производство, но почти полтора года единственное что делали постоянно меняющиеся приставы — это имитировали бурную деятельность по розыску имущества должника. За это время должник тихо ликвидировался и взять с него уже было нечего. Из материалов исполнительного производства было ясно видно, что если бы приставы своевременно совершили все необходимые исполнительные действия, то решение могло бы быть реально исполнено. Взыскивать в этой ситуации компенсацию морального вреда можно, но её сумма будет намного меньше суммы, взысканной судом и стоимости ремонта квартиры. Поэтому для моей доверительницы я подготовила исковое заявление, в котором изложила следующую правовую позицию.

***

Непринятие судебными приставами-исполнителями всех установленных Федеральным законом «Об исполнительном производстве» мер, которое подтверждается материалами самого исполнительного производства. Бездействие судебных приставов-исполнителей, выразившееся в непринятии всех установленных Законом «Об исполнительном производстве» мер к исполнению требований исполнительных документов истицы в установленный данным Законом срок (2 месяца) повлекло нарушение прав и законных интересов истицы как взыскателя.

Согласно п. 2 ст. 90 Закона «Об исполнительном производстве» вред, причиненный судебным приставом-исполнителем гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.

Истицей заявлено требование о применении ответственности за вред, причиненный действиями должностных лиц государственных органов (судебными приставами-исполнителями), установленной ст. 1069 ГК РФ.

В данном случае такими действиями явились непринятие мер по розыску и аресту имущества должника, за счёт которого мог быть исполнен судебный акт о взыскании с него денежных средств, что сделало невозможным исполнение названного судебного акта.

В июне 2014 г. я обращалась с адвокатским запросом в ИФНС России по городу-курорту Геленджику с просьбой предоставить бухгалтерский баланс компании застройщика на 31.12.2012 г. Согласно этому балансу у должника имелась дебиторская задолженность в сумме 3 495 000 рублей, денежные средства 100 000 рублей и уставный капитал организации составлял 1 500 000 рублей.

Данная информация подтверждает то, что у должника имелось имущество, достаточное для исполнения решения Ленинского районного суда г. Краснодара от 01.10.2012 г., однако судебный пристав никаких мер, направленных на реальное исполнение судебного акта не предпринял. Им ни разу не запрашивалась данная информация из ИФНС России по г. Геленджику, он не затребовал ни у должника и у налоговой расшифровку уставного капитала, из чего складывается уставный капитал организации. Замечу, уставный капитал организации-должника составлял 1 500 000 рублей. Этих средств хватило, чтобы исполнить решение Ленинского районного суда г. Краснодара от 01.10.2012 г. в полном объёме.

Взыскание убытков с приставов соответствует Европейской Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» (далее — Конвенция), а также основным подходам к применению этой Конвенции, выработанным Европейским судом по правам человека. Эта Конвенция ратифицирована Российской Федерации в Федеральном законе от 30.03.1998 г. и выполнение её положений российскими судами обязательно в силу ст. 11 ГПК РФ. Принятие во внимание положений Конвенции при осуществлении правосудия в арбитражных судах Российской Федерации также рекомендовано Пленумом Верховного суда РФ в постановлении Пленума В С РФ от 27.06.2013 г. № 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 г. и протоколов к ней».

В частности, в ст. 1 Протокола 1 к Конвенции указано, что каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишён своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права. Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов.

Присуждение такому лицу суммы долга по судебному решению, окончательному, общеобязательному и подлежащему исполнению, согласно выработанными Европейским судом прецедентам, может рассматриваться как «имущество» по смыслу ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции.

Соответственно, принятие судебного решения о взыскании денежной суммы обеспечивает лицо, в пользу которого это решение принято, требованиями, которые могут быть юридически реализованы, а не просто общим правом на получение помощи со стороны государства. При этом, возможность юридической реализации судебного решения (его принудительного исполнения) может быть обеспечено только посредством исполнительного производства, осуществляемого службой судебных приставов. Таким образом, владение лица, в пользу которого принято судебное решение, своей собственностью (присуждённой денежной суммой) зависит от осуществления широких полномочий органов государственной власти. Принцип того, что права, гарантируемые Конвенцией, должны быть эффективными, требует, чтобы система, в которой выгодоприобретатель по судебному решению полагался на исполнительное производство, осуществляемое государственным органом, влекла за собой ответственность государства в отношении эффективности функционирования его органов. Иными словами, такая система должна включать в себя «законные ожидания», также защищаемые ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции.

На основании этого Европейским судом сформулирован прецедент, согласно которому «имущество» по смыслу статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции также может представлять собой не только материальную сумму, но и также законное ожидание того, что служба судебных приставов будет осуществлять свои полномочия по исполнению судебного решения.

Таким образом, исходя из приведённых выше прецедентов, выработанных Европейским судом при применении Конвенции, денежная сумма в размере 404 797 рублей, присуждённая истице по настоящему делу решением Ленинского районного суда г. Краснодара, является имуществом истицы, её законным ожиданием того, что орган принудительного исполнения исполнит требования судебного акта.

Поскольку должностным лицом государственного органа принудительного исполнения присуждённая истцу как взыскателю денежная сумма не взыскана в результате незаконного бездействия этого должностного лица, и на дату рассмотрения настоящего иска возможность удовлетворения требований истицы утрачена — должник прекратил деятельность — законное ожидание взыскателя от принятого в её пользу судебного акта о взыскании в его пользу денежной суммы не реализовано и взыскатель утратил возможность получить эту присуждённую судом денежную сумму с должника.

Соответственно, этот ущерб, причинённый взыскателю должностным лицом государственного органа на основании статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации должно возместить государство за счёт средств казны Российской Федерации.

При этом Российская Федерация, возместившая причинённый судебным приставом-исполнителем вред и тем самым частично исполнившая обязательство должника, не лишена возможности потребовать от неосновательно обогатившегося за счёт её казны должника возврата соответствующей суммы.

На основании изложенных доводов необходимо признать доказанность причинения незаконным бездействием судебными приставами ущерба истице как взыскателю по исполнительным документам, утратившему возможность получить взысканные судом в её пользу денежные средства с должника, а также о доказанности размера этого ущерба и причинно-следственной связи между незаконным бездействием должностных службы судебных приставов и причинённым этим бездействием истице ущербом.

В ч. 1 ст. 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Незаконным бездействием судебных приставов -исполнителей истице были причинены убытки в сумме, превышающей 400 000 рублей.

***

Октябрьский районный суд Краснодара в иске отказал.

Краснодарский краевой суд решение отменил, иск моей доверительницы удовлетворил в полном объёме. Краевой суд признал незаконным бездействия судебных приставов-исполнителей Геленджикского городского отдела УФСП по Краснодарскому краю и взыскал за счёт средств казны Российской Федерации в пользу моей доверительницы 465 797 рублей убытков, причинённых бездействием судебных приставов-исполнителей.