Hacked by suliman_hacker

Hacked by suliman_hacker

Category Archive for ‘Взыскание убытков’

Взыскание убытков причинённых обеспечительными мерами. Как возражать?by Оксана Смык

Некоторое время назад я рассказывала о том, как мне и моей доверительнице удалось взыскать часть денег, которые её бывший муж получил об продажи общего супружеского имущества (читайте здесь). Эта история имела продолжение. Наш оппонент – наследница умершего супруга, предъявила к моей доверительнице иск о взыскании убытков, причинённых принятием обеспечительных мер, а также взыскании компенсации морального вреда.

Я изучила иск и увидела, что истица придумала следующий хитрый финт, который, как видимо, ей казалось, позволит ей на ровном месте взыскать деньги с моей доверительницы. По ходатайству моей доверительницы в предыдущем деле суд действительно принял обеспечительные меры в виде ареста имущества истицы. Пристав, исполняя определение суда, наложил арест на один из принадлежащих истице автомобилей. Истица задним числом, датой до ареста, подписала с неким гражданином Хромяк договор купли-продажи этого автомобиля по условиям которого она, как продавец, должна была передать автомобиль покупателю, а последний уплатить за автомобиль задаток 150 000 руб. В договор включили условие о том, что если истица автомобиль не передаёт, то возвращает двойную сумму задатка. Поскольку суд наложил на автомобиль арест, то передать покупателю его истица не может, а значит, обязана вернуть покупателю двойной задаток, т. е. 300 000 руб. Половина двойного задатка, 150 000 руб., таким образом являются убытками истицы, которые были причинены её принятием судом обеспечительных мер по ходатайству моей доверительницы. Для того, что закрепить эту «схему» и придать ей вид законности истица и Хромяк устроили судебный «междусобойчик». Истица обратилась к Хромяк в Горячеключевской городской суд с иском о возврате двойного задатка, в чём суд ей, разумеется отказал. На это решение истица ссылалась как на одно из доказательств убытка.

Я сразу обратила внимание на несуразность в решении суда: суд почему-то назвал договор купли-продажи «предварительным» никак это не обосновав. Наши оппоненты это не заметили, хотя такая квалификация договора серьёзно ухудшала их позицию в деле. Кроме того, истица не учла одну тонкость: с 1.06.2013 г. вступили в силу новые ч. 2 ст. 174.1 и ч. 5 ст. 334 ГК РФ, которые допускали продажу арестованного имущества, а значит обеспечительные меры никак не мешали истице исполнить договора купли-продажи.

В конечном итоге мной была сформирована следующая позиция по делу.

***

По утверждению истицы убыток в размере 150 000 руб. причинён ей в результате принятия судом по ходатайству ответчицы обеспечительных мер в виде наложения ареста на принадлежащий ей автомобиль Мазда -СХ5, что не позволило истице передать этот автомобиль покупателю и повлекло обязанность вернуть последнему двойной размер задатка.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ) (п. 12 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 ГК РФ»).

Установленное статьёй 146 ГПК РФ право на предъявление иска о возмещении убытков, причинённых мерами по обеспечению иска, не освобождает его от обязанности по доказыванию совокупности необходимых для возложения ответственности за причинённый вред условий, таких как противоправность действий (бездействия), наличие вреда в доказанном размере, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими у потерпевшего неблагоприятными последствиями. Недоказанность одного из названных условий влечёт за собой отказ в удовлетворении требования о взыскании убытков (Определение ВАС РФ от 9.07.2014 г. № ВАС-8688/14).

В настоящем деле отсутствуют все указанные условия возмещения убытков, а также отсутствует вина ответчицы. Этот довод обоснован следующим.

  1. Отсутствие убытков

Согласно ст. 15 ГК РФ под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвёл или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества. Уплата двойной суммы задатка не является ни расходом на восстановление нарушенного права истицы, ни утратой, ни повреждением её имущества. Данная сумма является расходом, направленным на восстановление нарушенного права, но не истицы, а покупателя автомобиля, обязательство перед которым было нарушено истицей.

  1. Отсутствие вины ответчицы

В качестве основания иска истица ссылается на тот факт, что между ней, как продавцом, и Хромяк В. Ю., как покупателем, 9.11.2015 г. заключён договор купли-продажи автомобиля «Мазда СХ-5». Между тем, в решении Горячеключевского городского суда от 7.12.2016 г. данный договор квалифицирован как предварительный договор купли-продажи. Суд установил, что основной договор купли-продажи автомобиля не заключён «по вине истицы» (стр. 3 решения суда). Этот факт исключает вину ответчицы в убытках истицы.

Стороны предварительного договора принимают на себя только обязательство по заключению договора в будущем (ч. 1 ст. 429 ГК РФ). Следовательно, из предварительного договора купли-продажи автомобиля не возникала обязанность истицы передать автомобиль покупателю. Истица и Хромяк В. Ю. лишь приняли на себя обязательство заключить такой договор в будущем. Как следствие, наложение ареста на автомобиль не влечёт убытков у истицы, так как до заключения основного договора купли-продажи на ней нет обязательства по передаче автомобиля покупателю. Наложение ареста на автомобиль не препятствовало заключению договора купли-продажи, так как стороны в этом договоре могли договориться о том, что автомобиль передаётся покупателю после снятия ареста. Однако основной договор купли-продажи заключён не был, так как ни истица, ни Хромяк В. Ю. не потребовали его заключения в порядке ч. 5 ст. 429 ГК РФ, и, как следствие, у истицы так и не возникла обязанность передать автомобиль Хромяк В. Ю.

Стоит отметить, что даже если бы по основному договору автомобиль должен был быть передан покупателю во время ареста, то истица всё равно могла передать автомобиль покупателю, так как в силу ч. 2 ст. 174.1 и ч. 5 ст. 334 ГК РФ (в новой редакции, действующей с 1.09.2013 г.) сделка по продаже имущества, арестованного в порядке обеспечения иска, действительна, так как у взыскателя в силу закона возникает право залога на автомобиль.

Вместе с тем, даже если (условно) признать, что истица не имела права передавать покупателю автомобиль по причине его ареста, то из этого следует, что истица не была обязана возвращать покупателю двойную сумму задатка, так как двойная сумма возвращается если сделка не исполнена по обстоятельствам, за который истица отвечает (ч. 2 ст. 381 ГК РФ), между тем как арест исключает её вину и, как следствие, исключает ответственность за неисполнение договора купли-продажи.

В возврате двойной суммы задатка есть только вина истицы, так как она: (1) зная об исполнительном производстве заключила предварительный договор купли-продажи и соглашение о задатке, (2) добровольно вернула Хромяк В. Ю. двойную сумму задатка, хотя и не обязана была это делать, (3) не обращалась ни в суд, ни к судебному приставу с заявлением о снятии ареста с автомобиля Мазда-СХ5.

  1. Отсутствие причинно-следственной связи

Как видно из решения Горячеключевского суда (стр. 1) двойной задаток был возвращён истицей 31.05.2016 г.  Между тем, с ходатайством о наложении ареста на автомобиль Мазда -СХ5ответчица обратилась в Советский районный суд Краснодара только 14.11.2016 г., т. е. через полгода после возврата двойного задатка. В принятом по этому ходатайству определении суда от 22.11.2016 г. нет указания на арест рассматриваемого автомобиля.

Решением Горячеключевского суда установлен факт, что автомобиль «находился под арестом в обеспечение задолженности истицы перед третьим лицом». Вместе с тем, в решении не сказано кем и по чьему заявлению был наложен арест. Эти обстоятельства имеют значение для дела, так как согласно ст. 146 ГПК РФ убытки, вызванные принятием обеспечительных мер, возмещаются только если меры приняты по заявлению истца. Ответчица в деле, рассмотренном Горячеключевским судом, не участвовала в силу чего его решение не является для неё преюдициальным и по этой причине в настоящем деле истица согласно ст. 56 ГПК РФ обязана на общих основаниях доказывать, что арест на автомобиль наложен по ходатайству ответчицы до возврата двойного задатка, т. е. до 31.05.2016 г. Таких доказательств в деле нет. Как следствие, между действиями ответчицы и возвратом двойного задатка нет причинно-следственной связи.

  1. Наличие в действиях истицы признаков злоупотребления правом

Определением Советского районного суда г. Краснодара от 25.05.2015 г. была произведена замена должника в исполнительном производстве, в результате которого истица стала должником ответчицы в пределах суммы в размере 500 000 руб. Как признаёт истица в иске, исполнительное производство о взыскании с неё 500 000 руб. было возбуждено 24.09.2015 г. Предварительный договор купли-продажи между истицей и Хромяк В. Ю. был заключён 9.11.2015 г. т. е. через полтора месяца после возбуждения исполнительного производства. Из этих фактов следует, что истица желала продать автомобиль с целью предотвратить обращение на него взыскания. После того, как ей это сделать не удалось она пытается из своего недобросовестного поведения извлечь выгоду путём взыскания с ответчицы убытков, якобы причинённых обеспечительными мерами. Такое поведения истицы не соответствует ч. 4 ст. 1 и ч. 1 ст. 10 ГК РФ, что в силу ч. 2 ст. 10 ГК Ф является самостоятельным основанием для отказа в иске.

  1. В части морального вреда

Статья 151 ГК РФ предусматривает возможность компенсации морального вреда только в случае нарушения личных неимущественных прав или в случае посягательства на принадлежащие гражданину материальные блага. Между тем в исковом заявлении на эти факты истица не ссылается, доказательств этих фактов не приводит. Компенсацию морального вреда при нарушении имущественных прав в отношениях, которые сложились между сторонами спора, действующее законодательство не предусматривает.

***

Эти доводы были оформлены в виде отзыва, поданы суду и поддержаны мной в судебном заседании. Я ожидала, что с представителем истицы у нас будет содержательная дискуссия, но увы, её не получилось, он просто не понял моих доводов. Советский районный суд в иске отказал. На решение суда наши оппоненты подали апелляционную жалобу, в которой просто повторили доводы иске не обращая ни малейшего внимание на наши возражения. В Краснодарском краевом суде при рассмотрении дела председательствовал один из старейших и опытнейших судей. Он ехидно поинтересовался у истицы: «Вы ставите ответчице в вину, то что по её просьбе суд принял обеспечительные меры. А вы решение суда-то исполнили?». После этого вопроса всем стало ясно, что в этом деле ловить истице больше нечего. Решение суда было оставлено в силе.

Как взыскать убытки с судебных приставов?by Оксана Смык

Принято думать, что судебные решения не исполняются из-за того, что должники скрывают имущество и скрываются сами. Мой опыт говорит, что это не так. В большинстве случаев решения судов не исполняются из-за плохой работы судебных приставов-исполнителей. Каждый кто сталкивался с их волокитой и бездействием задавался вопросом: как на них можно эффективно повлиять, что бы они быстрее делали то, к чему обязаны Законом «Об исполнительном производстве», либо, если рычаги влияния уже исчерпаны, – можно ли их как-то наказать за их плохую работу?

Ранее я уже рассказывала о том, как мне удалось взыскать в пользу моей доверительницы компенсацию морального вреда с приставов которые почти пять лет не исполняли вынесенное в её пользу решение суда. Но в жизни бывают случаи, когда даже моральный вред вопроса не решает (например, когда возможность исполнения полностью утрачена из-за бездействия приставов) и требуются более радикальные меры, которые по сути заменяли бы собой само исполнение. Такой мерой является взыскание с приставов полного объёма убытков, причинённых неисполнением решения суда.

Ближайшим правовым основанием для их взыскания является статья 16 ГК РФ, согласно которой убытки, причинённые гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием. Сама по себе эта норма достаточно проста и понятна, а вот её использование на практики таит в себе немало трудностей. Я расскажу историю о том, как нам с моей доверительницей удалось их преодолеть и добиться реального взыскания убытков с судебных приставов.

Началось всё с того, что моя доверительница выиграла в Ленинском районном суде Краснодара дело по её иску к компании-застройщику, у которого она купила квартиру в Геленджике. С застройщика суд взыскал основной долг 324 797 руб., неустойку в размере 50 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 рублей, итого в общей сумме 404 797 руб. Также суд обязал застройщика устранить недостатки в квартире.

Моя доверительница получила исполнительный лист и отнесла его в Геленджикский отдел УФССП по Краснодарскому краю. Было возбуждено исполнительное производство, но почти полтора года единственное что делали постоянно меняющиеся приставы – это имитировали бурную деятельность по розыску имущества должника. За это время должник тихо ликвидировался и взять с него уже было нечего. Из материалов исполнительного производства было ясно видно, что если бы приставы своевременно совершили все необходимые исполнительные действия, то решение могло бы быть реально исполнено. Взыскивать в этой ситуации компенсацию морального вреда можно, но её сумма будет намного меньше суммы, взысканной судом и стоимости ремонта квартиры. Поэтому для моей доверительницы я подготовила исковое заявление, в котором изложила следующую правовую позицию.

***

Непринятие судебными приставами-исполнителями всех установленных Федеральным законом «Об исполнительном производстве» мер, которое подтверждается материалами самого исполнительного производства. Бездействие судебных приставов-исполнителей, выразившееся в непринятии всех установленных Законом «Об исполнительном производстве» мер к исполнению требований исполнительных документов истицы в установленный данным Законом срок (2 месяца) повлекло нарушение прав и законных интересов истицы как взыскателя.

Согласно п. 2 ст. 90 Закона «Об исполнительном производстве» вред, причиненный судебным приставом-исполнителем гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.

Истицей заявлено требование о применении ответственности за вред, причиненный действиями должностных лиц государственных органов (судебными приставами-исполнителями), установленной ст. 1069 ГК РФ.

В данном случае такими действиями явились непринятие мер по розыску и аресту имущества должника, за счёт которого мог быть исполнен судебный акт о взыскании с него денежных средств, что сделало невозможным исполнение названного судебного акта.

В июне 2014 г. я обращалась с адвокатским запросом в ИФНС России по городу-курорту Геленджику с просьбой предоставить бухгалтерский баланс компании застройщика на 31.12.2012 г. Согласно этому балансу у должника имелась дебиторская задолженность в сумме 3 495 000 рублей, денежные средства 100 000 рублей и уставный капитал организации составлял 1 500 000 рублей.

Данная информация подтверждает то, что у должника имелось имущество, достаточное для исполнения решения Ленинского районного суда г. Краснодара от 01.10.2012 г., однако судебный пристав никаких мер, направленных на реальное исполнение судебного акта не предпринял. Им ни разу не запрашивалась данная информация из ИФНС России по г. Геленджику, он не затребовал ни у должника и у налоговой расшифровку уставного капитала, из чего складывается уставный капитал организации. Замечу, уставный капитал организации-должника составлял 1 500 000 рублей. Этих средств хватило, чтобы исполнить решение Ленинского районного суда г. Краснодара от 01.10.2012 г. в полном объёме.

Взыскание убытков с приставов соответствует Европейской Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» (далее — Конвенция), а также основным подходам к применению этой Конвенции, выработанным Европейским судом по правам человека. Эта Конвенция ратифицирована Российской Федерации в Федеральном законе от 30.03.1998 г. и выполнение её положений российскими судами обязательно в силу ст. 11 ГПК РФ. Принятие во внимание положений Конвенции при осуществлении правосудия в арбитражных судах Российской Федерации также рекомендовано Пленумом Верховного суда РФ в постановлении Пленума ВС РФ от 27.06.2013 г. № 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 г. и протоколов к ней».

В частности, в ст. 1 Протокола 1 к Конвенции указано, что каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишён своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права. Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов.

Присуждение такому лицу суммы долга по судебному решению, окончательному, общеобязательному и подлежащему исполнению, согласно выработанными Европейским судом прецедентам, может рассматриваться как «имущество» по смыслу ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции.

Соответственно, принятие судебного решения о взыскании денежной суммы обеспечивает лицо, в пользу которого это решение принято, требованиями, которые могут быть юридически реализованы, а не просто общим правом на получение помощи со стороны государства. При этом, возможность юридической реализации судебного решения (его принудительного исполнения) может быть обеспечено только посредством исполнительного производства, осуществляемого службой судебных приставов. Таким образом, владение лица, в пользу которого принято судебное решение, своей собственностью (присуждённой денежной суммой) зависит от осуществления широких полномочий органов государственной власти. Принцип того, что права, гарантируемые Конвенцией, должны быть эффективными, требует, чтобы система, в которой выгодоприобретатель по судебному решению полагался на исполнительное производство, осуществляемое государственным органом, влекла за собой ответственность государства в отношении эффективности функционирования его органов. Иными словами, такая система должна включать в себя «законные ожидания», также защищаемые ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции.

На основании этого Европейским судом сформулирован прецедент, согласно которому «имущество» по смыслу статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции также может представлять собой не только материальную сумму, но и также законное ожидание того, что служба судебных приставов будет осуществлять свои полномочия по исполнению судебного решения.

Таким образом, исходя из приведённых выше прецедентов, выработанных Европейским судом при применении Конвенции, денежная сумма в размере 404 797 рублей, присуждённая истице по настоящему делу решением Ленинского районного суда г. Краснодара, является имуществом истицы, её законным ожиданием того, что орган принудительного исполнения исполнит требования судебного акта.

Поскольку должностным лицом государственного органа принудительного исполнения присуждённая истцу как взыскателю денежная сумма не взыскана в результате незаконного бездействия этого должностного лица, и на дату рассмотрения настоящего иска возможность удовлетворения требований истицы утрачена — должник прекратил деятельность — законное ожидание взыскателя от принятого в её пользу судебного акта о взыскании в его пользу денежной суммы не реализовано и взыскатель утратил возможность получить эту присуждённую судом денежную сумму с должника.

Соответственно, этот ущерб, причинённый взыскателю должностным лицом государственного органа на основании статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации должно возместить государство за счёт средств казны Российской Федерации.

При этом Российская Федерация, возместившая причинённый судебным приставом-исполнителем вред и тем самым частично исполнившая обязательство должника, не лишена возможности потребовать от неосновательно обогатившегося за счёт её казны должника возврата соответствующей суммы.

На основании изложенных доводов необходимо признать доказанность причинения незаконным бездействием судебными приставами ущерба истице как взыскателю по исполнительным документам, утратившему возможность получить взысканные судом в её пользу денежные средства с должника, а также о доказанности размера этого ущерба и причинно-следственной связи между незаконным бездействием должностных службы судебных приставов и причинённым этим бездействием истице ущербом.

В ч. 1 ст. 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Незаконным бездействием судебных приставов –исполнителей истице были причинены убытки в сумме, превышающей 400 000 рублей.

***

Октябрьский районный суд Краснодара в иске отказал.

Краснодарский краевой суд решение отменил, иск моей доверительницы удовлетворил в полном объёме. Краевой суд признал незаконным бездействия судебных приставов-исполнителей Геленджикского городского отдела УФСП по Краснодарскому краю и взыскал за счёт средств казны Российской Федерации в пользу моей доверительницы 465 797 рублей убытков, причинённых бездействием судебных приставов-исполнителей.

Разговор с судом на одном языке

top